На остановке

Нынче города краски
в стиле поданы Босха;
в жутко жаркой аляске
я застыл у киоска.
Явь касается взора
впечатляющей сценой:
снег вобрал вдоль забора
все оттенки вселенной.

Сколь окрест ни кружись, ни
застывай, озираясь,
ясно то, что о жизни
позабыла реальность.
Только вымысла части,
грёзы чьей-то частицы –
все во мраке несчастья,
все на свете счастливцы…

Жду маршрутку, не зная, –
где ты, с кем, вертихвостка,
как большого, родная,
стала частью наброска,
что на образ проклятья
много просится красок...
лица лучше, видать, я
различаю без масок.